Самсон и филистимляне

Пришла пора, и попали израильтяне под владычество филистимлян на целых сорок лет.
Жил в те времена в городе Цоре некий человек из племени Дана. Звали его Маной, и не было у него детей. Но вот явился к жене его гость и сказал:
— Вскоре ты родишь сына. Головы его никогда не должна касаться бритва, потому что будет он назорей, то есть «охраняемый Богом». Он спасет ваш народ от гнета филистимлян.
Когда гость явился во второй раз, Маной принес в жертву Богу козленка, и посланец улетел в небеса вместе с дымом.
Понял тогда Маной, что приходил к нему ангел.
И действительно, вскоре родился у Маноя сын, которого назвали Самсон.
Вырос Самсон и увидел однажды в городе Фимнафе филистимлянку.
— Сосватайте ее мне в жены, — сказал он отцу и матери.
Начал отец отговаривать сына:
— Зачем тебе брать филистимлянку?
Но Самсон не хотел от нее отказаться.
Пришлось отцу с матерью идти в Фимнафу. Поотстал Самсон от родителей и увидел в винограднике молодого льва. Разорвал Самсон льва голыми руками и бросил.

Через несколько дней вернулся он на то место и нашел в львином трупе пчел и мед. Взял он мед, сам ел и мать с отцом угостил, но не сказал им, откуда мед.
В доме невесты, как водится, устроили пир. Избрали Самсону тридцать брачных друзей из филистимлян, и загадал им Самсон загадку:
— Из ядущего вышло ядомое, из сильного — сладкое. Если угадаете за семь дней пира, дам вам тридцать рубашек из тонкого полотна и тридцать перемен одежд, а если не угадаете, то же дадите мне вы.
Думали брачные друзья три дня, но напрасно. На четвертый день обратились к жене Самсона с угрозами:
— Обобрать нас хотите? Уговори Самсона, пусть скажет ответ, а то сожжем тебя вместе с домом.
Расплакалась бедная женщина, стала приставать к Самсону с расспросами, а тот молчит.
— Отцу и матери не сказал, а тебе скажу?
Еще пуще принялась она плакать, и не выдержал Самсон.
На седьмой день перед заходом солнца сказали филистимляне Самсону разгадку:
— Что слаще меда и сильнее льва!
— Если бы не жена, не отгадать вам моей загадки, — проворчал Самсон.
Пошел он в соседний город, убил там тридцать человек и отдал их одежды брачным друзьям. Долго не приходил Самсон к жене, и она подумала, что он не вернется, поэтому вышла замуж за другого.
Во время жатвы отправился Самсон повидаться с женой и козленка принес, но отец жены не пустил в дом Самсона.
— Я подумал, что ты ее теперь ненавидишь, и отдал другому. Возьми в жены мою младшую дочь, она красивее.
— Нет, — сказал Самсон. — Теперь я буду вправе, если сделаю зло филистимлянам.
Изловил Самсон триста лисиц, связал их парами за хвосты, а между хвостами укрепил по факелу. Зажигал он факелы и пускал лисиц в несжатые поля, так что сгорел весь хлеб и сады филистимлян.
— Почему он сделал это? — спрашивали одни.
— Потому что лишили его жены, — отвечали другие.
Собрались филистимляне и сожгли бывшую жену Самсона вместе с отцом.
Но никак не успокаивался Самсон. Он перебил голени и бедра тем, кто сжег его жену, а потом засел в ущелье в земле племени Иуды.
Пришли в Иудею филистимляне и встали станом.
— Почему вы выступили против нас? — спрашивают их.
— Мы пришли расправиться с Самсоном, — отвечают филистимляне.
Отправились иудеи в ущелье и стали упрашивать Самсона сдаться.
— Мы только свяжем тебя, а убивать не будем, — сказали они.
Связали его двумя новыми веревками и привели к филистимлянам. Но как только услышал Самсон торжествующий крик филистимлян, расправил плечи, и упали веревки, как если бы были прелые.
Схватил Самсон с земли ослиную челюсть и давай крушить филистимлян, да так, что потом насчитали тысячу мертвых.
Раз пришел Самсон в Газу и ночевал там.
Жители Газы закрыли городские ворота и сели в засаде — решили убить Самсона на рассвете, когда будет он выходить. Но Самсон вышел в полночь, вывалил ворота вместе с косяками и замками и унес эту тяжесть на вершину горы.

А однажды Самсон полюбил женщину по имени Далида. Проведали про то филистимляне и пообещали Далиде много серебра, если удастся ей выведать, как одолеть Самсона.
Стала Далида приставать к Самсону:
— Есть ли способ тебя усмирить?
— Для этого надобно связать меня сырыми тетивами, — ответил Самсон.
Принесли ей сырых тетив, и она связала ими спящего Самсона, а потом разбудила криком:
— Самсон, филистимляне идут на тебя!
Слетели с него тетивы, как нитки.
— Обманул ты меня, — надулась Далида.
— Нет, тетивы не годятся, — сказал Самсон. — Вот против новых веревок мне не устоять.
Опять связала его Далида и крикнула:
— Самсон, филистимляне!
И веревки были для него не прочнее ниток.
Рассердилась Далида:
— Скажешь ты мне или нет, чем тебя взять?
— Вотки в ткань семь кос головы моей, а ткань прибей к ткальной колоде, вот тогда я ослабну, — сказал ей Самсон.
И это сделала Далида, но когда Самсон спросонок вскочил, выдернул он ткань вместе с колодой.
— Говоришь, что любишь меня, — заплакала Далида, — а сам три раза обманул.
И стала мучить его и приставать каждый день, так что наконец Самсон сказал:
— Бритва не касалась моей головы, потому что я человек Божий. Если меня остричь, то сделаюсь слаб.
Сказала о том Далида филистимлянам, те принесли ей обещанное серебро и стали ждать.
Усыпила Далида Самсона на своих коленях, а потом позвала слугу и велела остричь семь кос с его головы.
Крикнула Далида:
— Филистимляне идут на тебя, Самсон!
На этот-то раз и впрямь напали филистимляне, и ничего поделать с ними Самсон не мог.
Выкололи ему глаза, привели в Газу, оковали двумя медными цепями и заставили молоть.
Между тем волосы его росли и силы прибавлялись.
Собрались владельцы филистимские принести жертву богу своему Дагону и повеселиться. Решили порадоваться унижению врага своего, Самсона. Привели его и поставили между столбами. Сказал Самсон отроку, который его водил:
— Дай мне опереться о столбы, на которых стоит дом.
А в доме было полно мужчин и женщин, и на крыше толпы людей сбежались смотреть на Самсона.
— Боже, помоги мне разом за оба глаза мои отомстить! — взмолился Самсон.
Уперся он руками в правый и левый столб и сдвинул их с места. Рухнула крыша, и все, бывшие в доме, погибли.
Так при смерти своей умертвил Самсон больше филистимлян, чем за всю свою жизнь.

0
No votes yet